Эльвира о переезде из Москвы в Копенгаген и особенностях датского быта
Эльвира познакомилась с будущим датским мужем в «Тиндере» и переехала из Москвы в Копенгаген в разгар европейского локдауна. Мы спросили у героини, в какую сторону изменилась её жизнь после эмиграции, чем отличаются датчане и каковы плюсы и минусы Дании глазами россиянки.
— Я родилась в маленьком городке на Южном Урале. До переезда в Данию девять лет жила в Москве, где сначала училась на юрфаке (пошла по стопам мамы), а затем работала в госучреждении, которое занимается товарными знаками. На работе были интересные задачи и много ответственности — мне это нравилось. Но преследовало ощущение, что юрфак был поспешным выбором.
Я давно интересовалась программированием, но бросить юриспруденцию не решалась, пока не встретила человека, который сам перешел в разработку из другой отрасли в зрелом возрасте. Он очень меня поддержал, и я поверила, что с должным усердием у меня все получится. В конце концов, я накопила денег и уволилась в никуда, чтобы самостоятельно изучать программирование «на полную ставку». Это было время, полное перемен: практически сразу после увольнения я встретила Миккеля — своего будущего мужа.

Меня всегда интересовали иностранные языки, и в какой-то момент я обнаружила, что больше всего нравится звучание скандинавских. Была попытка учить норвежский — ничего существенного она не принесла, кроме знакомства с парочкой норвежцев в группе изучающих норвежский язык «Вконтакте». Им, в свою очередь, была интересна русская культура. С одним из норвежцев мы были pen friends несколько лет. Наш культурный обмен получился довольно обширным: мы говорили и о глобальных вещах, свойственных нашим странам, и о ежедневной рутине. К слову, это общение здорово прокачало мой английский.

До переезда в Данию я бывала в других частях Северной Европы: несколько дней провела в Стокгольме и несколько раз ездила в Норвегию: объезжала на машине национальные парки между Осло и Бергеном, была в Лиллехамере и Дрёбаке, любовалась фьордами в Møre og Romsdal.

Никогда не забуду дотошных норвежских пограничников. Мне ни разу не удавалось пройти паспортный контроль в аэропорту Осло быстро, а в последний приезд в Норвегию меня и вовсе держали у окошка больше часа. Милая на вид, но суровая по тону норвежка подозвала еще двух коллег, и они втроем сосредоточенно смотрели то на мой паспорт, то на свой монитор. Не знаю, что они там увидели, но почему-то им показалось подозрительным, что человек не в первый раз приезжает в Осло с туристическими целями, да еще и в ноябре. После вопроса «вы хотите здесь быть, или вам нужно здесь быть?» я поняла, что меня приняли за «живой товар» в цепочке торговли людьми. Пришлось заверить их, что в Осло я прилетела исключительно добровольно, и просто соскучилась по Норвегии. Конечно, здорово, что погранслужащие начеку, но нервы туристам это может подпортить неслабо.
С мужем нас свел Tinder. На дворе стоял 2020-й, разгар локдауна, и на Тиндере было возможно бесплатно «путешествовать», т.е. менять свою геолокацию. Собственно, это меня в приложение и затянуло — хотелось попрактиковать английский, который быстро ухудшался без регулярного говорения. Выбор геолокации пал на Копенгаген, который был у меня в планах на майские праздники, если бы не ковид. К тому же, мне была интересна Дания как одна из скандинавских стран — я успела пощупать Норвегию и Швецию, но про Данию я не знала практически ничего.

В его профиле, среди прочего, было написано про владение испанским и французским, и про интерес к различным культурам — это меня привлекло больше всего. С самого начала общение было легким, мы просто болтали о всяких мелочах без намека на флирт. Как мне показалось из моего небольшого опыта в датском «Тиндере», сдержанность на первых порах свойственна датчанам — они не заигрывали, были умеренны в комплиментах и в целом вели себя так, будто им не нужно ничего большего, чем разговоры о погоде.

С Миккелем мы общались по видеосвязи около месяца, после чего он предложил провести вместе отпуск в Турции — на тот момент, единственной открытой для нас обоих стране. В середине поездки я внезапно свалилась с простудой. Честно говоря, я ожидала, что он отстранится (все-таки это были ковидные времена), или будет раздраженным из-за подпорченного отпуска, но он удивил меня своей заботой и позитивным отношением. Я иногда шучу, что мне тогда повезло заболеть, это была своеобразная лакмусовая бумажка.

И я, и Миккель понимали, что отношения на расстоянии — это не то, чего нам хотелось бы. Мы хотели узнать друг друга в обычной, каждодневной жизни — и Миккель пригласил меня пожить к нему в Копенгаген. Я, каким-то чудом, будучи безработной, получила датский годовой шенген, и приехала в Копенгаген на три месяца (это максимум по туристической визе). Мы весело провели вместе второй тотальный датский локдаун, и решили больше не расставаться. Еще через три месяца я летела в Копенгаген с билетом в один конец и свадебным платьем в чемодане.

Переезд в Данию начался с подачи заявления на регистрацию брака в Копенгагенскую коммуну. Приятно удивила возможность сделать это онлайн, находясь в разных странах: мы заполнили анкету, и от меня требовалось лишь представить скан переведенной на английский язык справки о том, что не состою в браке с апостилем. Ответ от коммуны пришел через неделю, и мы радостные кинулись бронировать время для бракосочетания.

Следующим этапом был сбор документов для подачи на вид на жительство после свадьбы. Мне нужно было представить доказательства наличия образования и опыта работы, поставить апостили и перевести — на удивление, это оказалось не так хлопотно. Больше нервов было потрачено, чтобы организовать перевозку ненужных мне в Дании вещей из Москвы в мой родной город.

С улыбкой вспоминаю реакцию родителей, когда я сообщила им по телефону, что выхожу замуж и переезжаю в Копенгаген. Они были так парализованы этой новостью, что ничего не сказали по существу, а начали буднично обсуждать то, как мне теперь с квартиры съезжать. Потом их отпустило, мама даже прослезилась. Но, конечно, они были за меня рады.

Перед переездом у меня не было каких-то иллюзий относительно жизни в другой стране. Разумеется, я была счастлива, что мы с Миккелем будем вместе, но я ехала с четким осознанием, что в какой-то степени моя жизнь станет сложнее: перспективы найти работу джуниор-разработчиком в Дании хуже, чем в Москве, нужно учить язык, налаживать социальные контакты и интегрироваться.

Мой муж — человек очень любопытный и интересующийся. Он всегда много путешествовал: к двадцати пяти он успел пожить в Южной Америке, Африке и нескольких странах Европы. Сейчас Миккель занимается управлением проектами в строительстве. В свободное время он танцует сальсу, усердно учит русский (и в группе очно, и по скайпу с репетитором), и много двигается: играет в футбол, ходит в спортзал.

Его родители всю жизнь владели небольшим турагентством, организующим велотуры по Европе. Исследуя новые маршруты для своих туристов, они на велосипеде проезжали многие километры — и четверо детей не были помехой, они их просто брали с собой. Выйдя на пенсию, родители продали агентство, но с велосипедом по прежнему не расстаются — даже сейчас они с легкостью могут проехать 50-60 км за день.

Со всей семьей Миккеля мы ладим замечательно. Они никогда не были в России, и по началу с любопытством расспрашивали меня обо всем. Что для меня ценно — они не относятся ко мне как к особому субъекту из-за того, что я из другой страны. Мне не хотелось бы получать какое-то особое внимание, которым точно будешь щедро одарен в российской семье, будучи иностранцем.

Сейчас я в поисках работы. По всей видимости, это займет время. У меня нет профильного образования, которое здесь ценится больше, чем в России, и, самое главное, коммерческого опыта. Но пока что я не отчаиваюсь, и продолжаю работать над своим портфолио. Учеба занимает 6-8 часов в день, пять дней в неделю. Мне нравится заниматься в королевской библиотеке, я ходила туда каждый день как на работу, но с наступлением холодов сидеть там стало неуютно (общественные здания отапливаются до 18 градусов из-за кризиса), и теперь я учусь дома.

Наш семейный бюджет складывается из того, что зарабатывает Миккель. Он получает около 30 тысяч крон (около 4000 евро) после уплаты налогов и пенсионных отчислений, и это очень хорошая зарплата. У меня есть небольшой пассивный доход в России, но рубли на данный момент в Европе не потратишь, а обмениваться с кем-то на кроны довольно проблематично, поскольку датские банки следят за переводами, и если происхождение денег для них не очевидно, могут заблокировать счет.

Квартира, где мы живем, у Миккеля в собственности, он выплачивает за нее кредит около 9000 крон в месяц — деньги, сопоставимые со съемом квартиры.

Что касается коммуналки, то в месяц уходит: 1) 2000 крон — товариществу собственников жилья — в сумму включено обслуживание общих помещений, горячая и холодная вода, 2) электричество ~400 крон, 3) газ — 200 крон, 4) отопление — 200 крон.

Ежемесячные траты на питание составляют около 4000 крон. Абонемент в спортзал и занятия танцами — по 250. На рестораны/развлечения уходит ~2000. Самая большая статья расходов — путешествия, т.к. у Миккеля 8 недель отпуска в год, и мы всегда проводим их за пределами Дании.

Не могу сказать, что разница в наших характерах продиктована разницей менталитетов, но есть отличия на бытовом уровне, связанные с национальными привычками. Например, в Дании по сравнению с Россией более расслабленное отношение к мытью фруктов/овощей/рук и порог брезгливости ниже — зайти в грязный общественный туалет босиком — не проблема. Я всегда мою руки после улицы, и все фрукты и овощи, даже если кожура счищается — Миккель первое время надо мной посмеивался.

Мне, в свою очередь, казалось забавным и непонятным то, что он неизменно ездит на работу на велосипеде, превозмогая ливень в лицо и ветер, при том, что в городе хорошо работает общественный транспорт. Правда, со временем мы оба стали делать то, над чем прежде смеялись.

Из того, что нравится в Дании, могу выделить следующее:

  1. Эстетика вокруг - Копенгаген настолько красив и уютен, что даже самые серые дни не так унылы
  2. Подход врачей к лечению - расчет делается на поддержку иммунной системы, простуды и небольшие отравления не лечат
  3. Терпеливые автомобилисты - разгружая багажник на узкой улице, можно быстро собрать пробку, и никто даже не посигналит
  4. Удобная система обмена пустых пластиковых бутылок на чек, который можно потратить в супермаркете
  5. Высокий уровень преподавания на курсах датского языка, оплачиваемых государством.

Не нравится, пожалуй, то, как спроектированы квартиры в старых домах. Например, мы живем в 50 квадратах, но есть ощущение, что сюда помещается вещей меньше, чем в российскую квартиру площадь 30 кв.м — места не нашлось даже для стиральной машины.

Еще я не в восторге от того, как здесь выглядят кафе и рестораны — помещения маленькие, а столиков ставят много, в итоге даже в изысканных заведениях люди сидят очень близко друг к другу. Для меня это некомфортно, но многим здесь это кажется уютным.

Переезд в Данию внес корректировки в мою рутину — раньше я практически не готовила, обходилась готовыми блюдами из зеленого супермаркета «полезного питания», но сейчас готовки не избежать. Готовая еда в супермаркетах в Дании мне не очень нравится, да и накладно выходит, когда живешь не один.

Также пришлось пересмотреть весь гардероб — купить дождевик, «дождевые» штаны и непродуваемую верхнюю одежду, и задвинуть в дальний угол каблуки и половину платьев. По датским меркам, платье и каблуки — это не повседневная одежда, а наряд для особенный случаев, девушки выбирают на каждый день что-то минималистичное и не яркое.

После переезда из моей жизни ушла спонтанность. Дотошно вести календарь — это очень по-датски. «Есть ли у тебя время на неделе 43?» — так теперь выглядит планирование встреч с друзьями.


Датчан я бы охарактеризовала как людей с хорошо выстроенными личными границами. На мой взгляд, это их главное отличие от россиян. Незнакомые люди не будут в твоем присутствии комментировать твою внешность, с советами никто не полезет (даже члены семьи), помогать тоже не будут, если не попросишь. Пожалуй, эти четкие персональные границы для нас могут выглядеть как некая отстраненность. Услышать от своих родителей отказ на просьбу посидеть с детьми, если у тех свои планы — для датчан не редкость. Они не боятся сказать «нет», в то время как нам, россиянам, во многих случаях свойственна какая-то жертвенность.

Думаю, из этого проистекает и то, как датчане принимают гостей — еще одно большое отличие от россиян. Если к тебе приходят гости, это не значит, что ты должен потратить весь день на готовку и валиться с ног, обслуживая гостей. Датчане скорее сфокусированы на общении, и чтобы всем было весело. Часто планируется заранее, кто что приносит к застолью. Хозяева, конечно, приготовят главное блюдо, но скорее всего, этим все и ограничится, а гости принесут закуски или десерт. Но в целом все будет очень умеренно, без пышности застолья к которому привыкло большинство россиян: все, что стоит на столе, будет ровно в том количестве, чтобы это можно было доесть.

В Дании, определенно, все еще действуют устоявшиеся веками неписаные правила Янтеловен. К примеру, люди не любят слушать о чьих-то личных достижениях, нескрываемо недолюбливают богатых (не удивляйтесь, если соседи найдут причину пожаловаться в коммуну на ваш строящийся шикарный дом), а когда дело доходит до обустройства жилища, то оказывается, что у восьми из десяти семей будет один и тот же фарфор Royal Copenhagen и одинаковые подсвечники. В то же время, в обществе есть четкая тенденция к поощрению креативности и индивидуализма, молодежь больше не хочет быть серой массой, и не боится самовыражаться — на улицах Копенгагена каких только чудаков не встретить, честное слово.

Закон Янте (Janteloven) — устойчивое выражение для объяснения скандинавского склада ума. Имеется в виду сформулированный датско-норвежским писателем Акселем Сандемусе в романе «Беглец пересекает свой след» (1933) свод правил, согласно которому общество не признаёт права своих членов на индивидуальность. Десять правил закона Янте:

  1. Не думай, что ты особенный.
  2. Не думай, что ты нам ровня.
  3. Не думай, что ты умнее нас.
  4. Не воображай, что ты лучше нас.
  5. Не думай, что ты знаешь больше нас.
  6. Не думай, что ты важнее нас.
  7. Не думай, что ты всё умеешь.
  8. Тебе не следует смеяться над нами.
  9. Не думай, что кому-то есть до тебя дело.
  10. Не думай, что ты можешь нас поучать.
В Россию после переезда ездила раз в полгода, недели на три. Летать туда сейчас очень дорого, в следующий раз попробую добраться через Хельсинки.

Скучаю по доступности и качеству услуг в России — как мне кажется, уровень парикмахеров там выше. Также не хватает дешевых ателье — в Дании подшив брюк запросто может стоить дороже самих брюк.

Родители до Дании, к сожалению, еще не доехали. Мы планировали их приезд прошедшим летом, но после наступления определенных событий решили отложить до лучших времен.

С датским языком у меня в целом неплохие отношения: сейчас мой уровень приблизительно В1+. Стараюсь практиковаться везде, даже если не уверена, что на 100% пойму, что мне ответят. С семьей Миккеля мы говорим практически только по-датски, но дома я ленюсь, и мешаю английский и датский.

Самое сложное для меня при изучении языка — запоминать слова. Словообразование в датском не самое очевидное: зачастую слова с одинаковыми приставками не имеют ничего общего по смыслу, и это затрудняет запоминание.

Легким для меня оказалось понять структуру языка — здесь у датского много общего с английским, да и базовые знания норвежского помогли.

Моя любимая фраза на датском — det var ærgerligt (произносится примерно как «дэ ва эулит»), что означает «очень жаль». Как мне кажется, она отлично демонстрирует, что угадывать произношение датских слов в некоторых случаях сродни лотерее.

Из датской музыки я бы посоветовала послушать Mads Beldring, Love Shop, De Eneste To и The Raveonettes — все, кроме последних, исполняют на родном языке.

Из сериалов могу посоветовать — Skruk (легкая комедия) и Greyzone (триллер, мне немного напомнил знаменитый «Мост»), из фильмов — Undtagelsen и Kærlighed for voksne (оба по-скандинавски мрачные).